| Переезд в тихий городок часто выглядит как обещание. Дом с историей, простор, ощущение, что теперь всё будет правильно. Скотт и Энни именно так это и воспринимают — как начало. Бывший владелец дома кажется безобидным: пожилой, одинокий, слишком привязанный к прошлому. Его редкие визиты сначала вызывают недоумение, потом раздражение, а затем — страх.
Граница между вежливостью и вторжением стирается медленно. Газон подстрижен без просьбы. Дверь скрипнула ночью. Знакомая фигура мелькнула там, где её не должно быть. Дом перестаёт быть убежищем и превращается в территорию спора. И дело уже не в квадратных метрах, а в праве чувствовать себя в безопасности.
Фильм не спешит пугать громкими жестами. Он давит иначе — через ощущение постоянного присутствия, которое невозможно доказать, но невозможно игнорировать. Вежливые слова скрывают упрямство, жалость — угрозу. И постепенно становится ясно: прошлое не всегда готово освободить место для будущего. Иногда оно цепляется до последнего, и тогда борьба идёт не за дом, а за собственную жизнь, пусть внешне всё выглядит почти прилично. |
