| Бол и Риал сбежали из ада. Не в переносном смысле — из настоящего ада, где война забирает детей так же легко, как ветер забирает песок. Они теряют дочь в море: волна накрывает лодку, чёрная вода закрывает солнце, и их мир трескается, как глиняная чаша.
Когда их привозят в Англию и дают статус беженцев, казалось бы — теперь можно дышать. Новый дом, пусть и убогий, но свой угол. Стены, крыша, двери. Как будто всё должно стать лучше. Но дом… дом ведёт себя странно. Слишком тихий. Слишком пустой. Слишком живой.
Ночью слышатся шаги. Шёпоты. Тени двигаются не так, как должны. Бол сначала думает, что это усталость, что мозг играет с ним злые игры. Но потом видит — нечто действительно живёт в этих стенах. Нечто, что знает их тайны. Нечто, что шепчет о долгах и украденных судьбах.
Риал испытывает другое. Её ранит отношение местных: холодное, снисходительное, иногда откровенно расистское. А ещё — предчувствие, что в доме поселился дух их дочери. Или не её. Или чего-то, что использует её образ.
Бол хочет забыть прошлое, стереть боли так, как стирают пыль со стола. Риал — наоборот — держится за память, чтобы не раствориться в чужой стране. Между ними — пропасть. И в этой пропасти поселилась тьма, которая питается их виной.
«Его дом» — не просто хоррор. Это про то, что иногда страшнее всего не призраки, а собственное прошлое, от которого нельзя сбежать ни морем, ни границей, ни новым адресом. |
